Vas Eva

Итак, в викторине мне была загадана книга Олега Дивова и Макса Рублева «Не прислоняться. Правда о метро.»
Моя первая реакция была скорее негативна, чем позитивна. Я не любитель русских авторов. По пальцам можно пересчитать, сколько я не пыталась прочитать современных русских писателей, чтобы впоследствии остаться с удовлетворением «Да, классная книга. Надо ее отложить, потом еще раз перечитать.».
Не, книги-то я читала, но чем больше были номера страниц, тем уже была щель между пальцами, сквозь которые я и листала электронные страницы читалки. А, по окончанию чтения, облегченно выдыхала, с мыслью «Неужели эта хрень кончилась?» и отдыхала с музыкой, переваривая неперевариваемое.
Не спорю, во многих переводных зарубежных авторах, которые Нравятся большинству читателей, у меня такое же отношение к написанному, но тут еще играют мои многочисленные принципы и ля-ля-тополя социальных тараканов. Но рецензия не о них.

Не прислоняться. Правда о метро.

Первая негативная реакция была погашена удивлением и возникшим любопытством, поскольку вспомнила, как в недалеком детстве была в восторге от трилогии «След зомби», автор Олег Дивов.

Хочется отметить мерный, плавный стиль написания. Приятный, затягивающий. В моем воображении от хода мысли вкупе с описаниями метрополитена, туннелей, звуков появлялись образы метронома и желание самой покачаться в такт.
Влево-вправо. Влево-вправо…
А потом затянуло.

Книга оформлена в виде дневника машинистов. В прологе так и сказано:

«Наш герой и его друзья работают в особых мирах, доступных только по щелчку закрывшейся двери кабины.»

Какого-то неизвестного, эфемерного сотрудника (или сотрудников), от лица которого, по началу, идут больше вырезки из справочника или инструкции по безопасности и трудовым будням машинистов, но постепенно все переходит на прямой диалог с читателем на «ты» и идет повествование запоминающихся случаев из будней на кругах Московского метро.
И вторым, именным, машинистом является Макс Метроэльф.
Он молодой мужчина, за тридцать. Был женат, по настоянию жены бросил работу машиниста (на которой уже работал два года), а потом бросил жену и вернулся на должность машиниста. На момент ведения дневника после возвращения на службу прошло еще восемь лет.
В голову ему пришло вести интернет-дневник про свои трудовые будни.
«Дневник Погонщика Ежей». Ник-нейм Метроэльф ему придумала его девушка на тот момент, потому что он высокий, худощавый и добрый. Как эльф.
При этом орки злые и страшные громилы.

Хочу высказаться в адрес сие придуманной героини. Девочка недалекая, начитавшаяся любовных фэнтезийных романов про отношения остроухого бога-красоты-заебись эльфа и простой, безбожно тупой, но красивой деревенской девушки, которая часто гуляла в лесах его народа. И еще не дай бог, она натыкалась не на одного эльфа. Все заканчивается межрасовым гаремом.
Сохнущие по таким романам девушки подобного типа, не читающие ничего, акромя идеалистичных эротических фантазий, ходят среди нас. И меня бесят, потому что они суют читать такое другим, изо всех сил внушая, что лучше чтива НЕТ.
У всех свои вкусы, заткнитесь.
Простите, отвлеклась.

Вот и ведется дневник Метроэльфа и рассказы машинистов о рабочих буднях в соотношении 1 к 2 соответственно.
Неоднократно авторы упоминают, что события, фамилии и прочее – вымысел, и любые совпадения случайны. Дважды в первых десяти главах, и в самых последних, в защиту от начальства, видимо, наткнувшегося на сие писание.
И также учтено PS-обращение к ревизорам по поводу одной щекотливой ситуации в Час Пик, видимо, которая до их сведения не дошла.

Хочу отметить повседневный юмор в ситуациях. Порой черный, но равнодушным не оставит, отнюдь.

«– Диспетчер. N-дцатый маршрут. Тут человек в тоннеле. Давить?
– Верно.
– Понятно. Давлю!
Открывается светофор, ручку в «Ход-3»… Поехали!
Какими глазами на меня смотрели пассажиры, выходящие из первого вагона!..»


А порой юмор противоречив.

Метроэльф по хорошему настроению желал «Счастливого пути!» пассажирам. Вроде как просто вежливость, мелочь, в принципе приятная. Но в обществе ставшая такой дикостью, что героя отчитывают после смены жалобой: «Пассажиры жалуются: у вас машинист неадекватный, счастливого пути желает, наверное, он пьяный!».
Даже обидно становится, как враждебно стала порой восприниматься вежливость. Ведь похожие ситуации нередки, и происходят все чаще... Имхо моих тараканов.

А вот вписанный момент про модные штаны афгани на проходящей по платформе девушке и ассоциации с ними про не смененный лоток коту… Это просто что-то!
Мне было очень смешно представлять такую ситуацию.

В таких юмористических моментах отдыхает восприятие тяжелых будней работников подземки. В самом начале описывается взгляд обывателя-пассажира на темные туннели, замкнутое пространство, свет от фонарей, гул, отдающий в ушах, духоту в жаркое время года и мерзлоту в холодное. Как в смену машинист может запросто просто отрубиться, потому что давление станет слишком низким, поэтому проводя регулярные медицинские осмотры и измерения давления. И какая ответственность лежит на машинистах и диспетчерах за каждого пассажира и вагон.
Работа тяжелая, как психологически, так и физически, и авторы показывают в записях, как однобоко и безлико воспринимают пассажиры работников Метрополитена.
И оптимистичный взгляд персонажей воспринимается тем самым ярким фонариком в черноте туннеля.

Несколько раз упоминается в разных вариациях, что машинисты любят свою работу.

«Машинисты влюблены в свою работу (иначе давно разбежались бы).»

И подмечена семейная психология представителей данной профессии в связи с рваным графиком смен.

«Значит, придется с юмором относиться к тому, что вас в семье трое: он (машинист), она (жена) и метрополитен.»

Любовь машинистов в свою работу авторы прописывают разными признаниями, при этом каждое не является бесспорным утверждением. Просто констатация факта с каким-нибудь вывертом: или утомленной философией, или в качестве элемента самоубеждения-успокоения, или саркастическим обоснуем.

«P.S. Я люблю свою работу, но иногда я с нее охреневаю.
P.P.S. Выговорился. Полегчало.»


«Люблю я свою работу. Люблю тоннели, станции, расстановки… Есть во всем этом какая-то особая романтика. Понять бы, какая…»

«Эх, люблю я свою работу. Иногда такие образцы человеческого идиотизма попадаются – хоть стой, хоть падай.»

В качестве финала предоставляется философской наклонности сказка, где машинист заканчивает ее фразой:

«– Чем обычно сказки заканчиваются? «В общем, все умерли!»»

И смысл сказки таков, что вот человек был, одной маленькой деталькой в механизме большого мира. И вот его не стало, ему нашли замену в механизме.
Мир идет дальше уже и без него.
Грустно, по правдиво.

И эпилог как прописанная будничная смена Метроэльфа.
Хороший финал, достойный. Оставляет богатую почву для размышлений, при этом лишь ситуативно намекая читателю, какие приоритеты у персонажей.
Остается только сделать выводы и провести параллели со своей жизнью, чтобы прочтение не оказалось пустым и бесплодным.

Ни капли не пожалела, что прочитала эту книгу в общем времени потратив четыре часа на ознакомление и два часа на переваривание для рецензии.
Благодарю Bartymeus за то, что указали мне на нее в лотерее.
Отличное начало воскресенья.

« До встречи под землей.»

PS: Обложка! Обложка… Не подходит! Намекает больше на постапокалиптическую тему, типа Метро 2033 или что-нибудь еще из этой серии! Там ведь у Метроэльфа была прописана Форма Машиниста! Почему чела на обложке сделали в стиле Дина Винчестера из Сверхъестественного?